122-мм гаубица 1910-30-х гг. |
Артиллерийский Завод № 9, расположенный в Екатеринбурге, или же в
просторечии «Девятка», даже сейчас, когда «все знают обо всем», остается
не самым известным. Отчасти это связанно и с тем, что предприятие не
имеет собственной обособленной территории и располагается отдельными
зданиями в глубине хорошо охраняемой «уралмашевской» заводской площадки.
Довольно проблематично не только попасть на этот завод, но и просто
узнать, в каких именно зданиях размещено артиллерийское производство. А
дальше – строгая охрана в каждом здании, которая не пропустит никого
постороннего. На общей промышленной территории лишь небольшая стела с
узнаваемым логотипом в виде девятки, наложенной на силуэт
противотанковой пушки и названием завода, а также орудие Д-30 с
устремленным в зенит стволом, выдают принадлежность одного из корпусов
легендарному Заводу № 9.
Наседкин Валерий Иванович – Генеральный конструктор ОКБ-9 |
Экспозиция Завода №9 на выставке REA-2009 |
Изготовление артиллерийских орудий в механическом цехе № 2 новой
промышленной зоны Свердловска было запущено еще в 1932 году, не
дожидаясь официального ввода в строй «завода заводов» УЗТМ, – Уральского
завода тяжелого машиностроения, более привычно звучащего в сокращенном
наименовании – «Уралмаш». Сталеплавильный цех «Уралмаша» сразу же
строился под варку самых качественных марок стали с учетом потребностей
артиллерии. Перед войной на заводе было налажено сначала сборочное, а
затем и самостоятельное производство 76-мм дивизионной пушки
Ф-19
и 122-мм гаубицы
ВГ, а в октябре 1935 года для
их испытаний был введен в эксплуатацию собственный артиллерийский
полигон в районе поселка Красное.
С началом войны важность работ, связанных с артиллерией, возросла
многократно, поэтому на самом высоком уровне было принято решение об
образовании на «Уралмаше» специализированного предприятия.
Решением Государственного Комитета Обороны от 30 октября 1942 года на
базе артиллерийского производства «Уралмаша» был создан самостоятельный
артиллерийский завод № 9 с особым конструкторским бюро № 9 (ОКБ-9).
Именно от этой даты принято отсчитывать официальную историю «Девятки»,
хотя она сменила до настоящего времени и несколько названий, и несколько
организационно-производственных форм.
Наступивший 2012 год – это год 70-летнего юбилея нынешнего ОАО «Завод №
9», а значит, наступило время подвести и некоторые промежуточные итоги.
В этой связи решение о создании собственного музея выглядит совершенно
логичным шагом. Оформление музея лишь недавно приобрело законченный вид,
и работ по его совершенствованию предстоит еще немало.
Э.П.Козлов у орудия Д-393 в музее Завода №9 |
Ф.Ф.Петров с
сотрудниками военной приемки. 1974 г. |
Выпускники
ЛМИ, 1931 г. Ф.Ф.Петров в третьем ряду слева второй сверху |
Ф.Ф.Петров |
Для осмотра музея корреспондентов пригласила директор музея Нина Юрьевна
Столярова, а сопровождали в этом посещении от имени ОКБ и давали
пояснения экспонатам Балов Юрий Владимирович, Козлов Эдуард Павлович и
Четкарев Олег Алексеевич. Эти люди были и являются непосредственными
участниками и исполнителями конструкторских разработок, они посвятили
этому делу практически всю свою жизнь. Для них не так важны конкретные
должности, на которых они работали, хотя и они значительны, гораздо
важнее успех общего Дела, за которое они болеют всей душой и сейчас,
несмотря на весьма зрелый возраст.
Музей состоит из двух частей – натурной экспозиции, состоящей из
образцов, привезенных с полигона предприятия и размещенных на
огороженном участке действующего цеха, а также небольшого зала с
документами и фотографиями на стендах и малоразмерными экспонатами в
инженерном корпусе. История ОКБ и завода, биографии людей, работавших в
разное время, представлены довольно подробно в фотографиях и документах,
официальных и личных.
Разумеется, особая роль в экспозиции музея отведена Федору Федоровичу
Петрову, выдающемуся конструктору артиллерийских систем, Герою
Социалистического Труда, лауреату Ленинской и четырех государственных
премий СССР, доктору технических наук, генерал-лейтенанту-инженеру.
Впервые он приехал на «Уралмаш» в 1938 году из пермской «Мотовилихи» в
командировку в составе комиссии для помощи в освоении серийного
производства новой 122-мм гаубицы
М-30
своей разработки. В 1940 году Ф.Ф. Петров вместе с А.Н. Булашевым и Н.Г.
Кострулиным был переведен на «Уралмаш» по распоряжению ЦК ВКП(б) и
назначен главным конструктором ОКБ, а с 1943 года стал Главным
конструктором Завода №9. С тех пор имя Ф.Ф. Петрова и успехи завода
связаны неразрывно.
Гаубица
М-30
разработки группы Ф.Ф. Петрова, изготавливавшаяся сразу на трех заводах,
входит в число лучших образцов отечественной артиллерии. Она превзошла
аналогичную по своему назначению германскую 105-мм гаубицу
leFH18, и внесла неоценимый
вклад в Победу, став одним из ее символов. Суммарный объем выпуска
гаубиц
М-30
до момента прекращения производства в 1955 году достиг 16887 единиц.
Свидетельством надежности гаубицы является 18000 выстрелов, сделанных
одной из фронтовых
М-30. Данный образец, о
котором стало известно Ф.Ф.Петрову, по его просьбе был прислан на завод.
Изучение орудия показало, что по категории живучести ствола оно осталось
пригодным к боевому применению.
На лафете
М-30
была спроектирована артсистема, получившая обозначение первой разработки
девятого завода: «Д-1».
После Сталинградской битвы было признано необходимым усилить войска
тяжелой артиллерией для взламывания полевой обороны противника. В 1942
г. под руководством Ф. Ф. Петрова была произведена конструктивная
проработка нового орудия путем наложения оснащенного двухкамерным
дульным тормозом ствола предвоенной 152-мм гаубицы
М-10 на лафет гаубицы
М-30. Работа получила
одобрение Наркома вооружения СССР Д. Ф. Устинова, который позвонил Ф. Ф.
Петрову 12 апреля 1943 г. и сообщил, что Государственный Комитет Обороны
принял решение об изготовлении на заводе к 1 мая 1943 г. пяти опытных
образцов гаубицы
Д-1. Орудие было принято на
вооружение 8 августа 1943 года, но до конца войны успели изготовить лишь
1047 этих легких, но мощных орудий.
Оба эти образца, и
М-30, и
Д-1, имеются на площадке
натурных образцов.
Две части музея: здание цеха, в котором выделена площадка для экспонатов
«в металле», и инженерный корпус, где располагается стендовая
экспозиция, разделяет довольно приличное расстояние. На входе в
инженерный корпус ненавязчивым напоминанием о назначении ОКБ-9 служат
столбики, поддерживающие козырек крыльца. Не слишком бросается в глаза,
что в их нижней части роль декоративного элемента исполняют корпуса
122-мм осколочно-фугасных снарядов. Рядом на стене – мемориальная доска
в честь Ф.Ф. Петрова. Войдя в корпус и добираясь до комнаты, отведенной
музею, невольно ощущаешь историческую атмосферу 1920-60-х годов, хотя этот
эффект явно не запланирован. Просто с момента постройки в 1958 году
здание не подверглось какой либо перестройке или капитальному ремонту.
При этом выглядит оно вполне живым, не запущенным, так что вполне можно
вообразить себя конструктором, спешащим по делу к самому Петрову. Так и
есть – открывается комната, которая когда-то была отведена одному из
конструкторских отделов, у окна стоит сохранившийся рабочий стол Федора
Федоровича, с лежащим на нем полутораметровым рабочим циркулем, и
пепельницей, которую радушный хозяин держал для гостей, хотя сам не
курил.
 |
 
Модель 535-мм самоходного артиллерийского нарезного орудия Д-80 |
 
Модель 535-мм самоходного артиллерийского комплекса с нарезным орудием Д-80С |
Фотоальбом, посвященный Ф.Ф. Петрову, расположился в центре стола.
Кресло пустует, но хозяин строго взирает на подходящих к столу с
фотографии 1938 года, а также – с парадной картины-портрета уже при всех
регалиях, висящей рядом.
Справа от стола на небольшом подиуме – настоящая сенсация для любителей
«военного железа» 1960-70-х годов: три демонстрационные модели орудий –
пусковых установок семейства
Д-80
для активно-реактивных снарядов (АРС). Снаряд калибром 535 мм и весом
905 кг должен был обеспечить дальность стрельбы 60 км.
В музее представлены два первых действующих макета
Д-80
в масштабе 1:10 на гусеничном и колесном шасси. Эти макеты
использовались на этапе защиты проекта в ГРАУ и у министра оборонной
промышленности СССР С.А.Зверева.
Наиболее тщательно проработана модель самого раннего варианта – на
четырехосном колесном шасси ЗиЛ-135Л с установленной над кабиной
вращающейся кассетой на 4 АРС для дульной зарядки ствола. Ведение огня
предполагалось с опорной плиты типа минометной. Вторая база, гусеничная,
для
Д-80С, дана в модели весьма
условно, но угадывается ее ленинградское происхождение. Артсистема на
ней показана традиционная, казнозарядная.
Эти варианты шасси происходят от гусеничной и колесной пусковых
установок Д-110 и Д-110К, которые к 1960 году были созданы в ОКБ-9 и
проходили испытания в составе тактического ракетного комплекса
«Онега».
Модель третьего, наиболее позднего образца, обозначена в музее как
Д-80-2. Его шасси явно
выполнено на базе харьковского МТ-ЛБ, однако, методика стрельбы
предполагала полное опускание машины днищем на грунт, для чего данная
база не приспособлена. Скорее всего, при выполнении «в железе», корпус
для машины пришлось бы делать заново. К сожалению, казенная часть орудия
на этой модели отсутствует, и можно лишь предполагать, какие инженерные
решения там были применены. Сама модель имеет электропитание и когда-то
была действующей.
 
 
 
Модель 535-мм самоходного артиллерийского комплекса с нарезным орудием Д-80-2 |
В традициях ОКБ-9 создавать на основе единой несущей конструкции
«дуплексы» и «триплексы», и
Д-80
здесь – не исключение. Аналогичной по манере исполнения задумывалась
четырехствольная 280-мм артсистема
Д-6
с дальностью стрельбы 45 км, но она наличествовала лишь в эскизе.
Система
Д-80
(внутренняя кличка в ОКБ – «БПД», расшифровка многозначна, но
затруднительна) существовала лишь в виде расчетов, демонстрационных
макетов и реального шарового затвора для орудия – пусковой установки,
испытанного на полигоне в Красном. Она конкурировала в момент разработки
с ОТР «Луна». В ОКБ-9 была разработана система наведения и коррекции
снаряда, позволяющая достичь аналогичной точности. С появлением ОТР
«Точка» дальнейшая разработка
Д-80
потеряла смысл. Кроме того, изначально «торпедный» калибр был выбран, в
том числе и для возможного применения на флоте, из универсальных
пусковых шахт или даже обычных торпедных аппаратов, но аналогичные
ракетные системы для ВМФ СССР уже разрабатывались на соседнем Заводе №8
им. Калинина с участием бывших сотрудников ОКБ-9.
Здесь нужен небольшой исторический экскурс. Работы по ракетному профилю
в ОКБ-9 были начаты еще в 1955 году в соответствии с веяниями времени.
Тактический ракетный комплекс
«Онега», с твердотопливной
пороховой ракетой
3М1
(Д-200) и
дальностью стрельбы 70 км, вышел на испытания к началу 1960-х. Большие
надежды также связывались с ракетой
Д-90, класса «подводная лодка
– воздух – подводная лодка». Эту разработку Федор Федорович даже называл
за перспективность «научно-фантастической». В 1959 году по заказу
Центральной Аэрологической лаборатории (ЦАО) создается невооруженный
вариант
Д-200
– ракета
Д-75, известная как
МР-12
(метеорологическая ракета с высотой подъема 120 км), которая
впоследствии применялась для зондирования верхних слоев атмосферы.
МР-12
продолжала использоваться вплоть до недавнего времени.
В 1960 из-за большого объема работ и по
Д-90, и по традиционной
артиллерии, Ф.Ф.Петров разделил свое ОКБ на два: ОКБ-9-I артиллерийского
направления, которым непосредственно руководил сам, и ОКБ-9-II с
ракетным профилем, за которое отвечал его заместитель Н.Г.Кострулин.
Существование аналогичного по профилю ракетного ОКБ-8, причем недалеко,
в считанных сотнях метров – на заводе им. М.И. Калинина, послужило
побудительным мотивом для «верхов» к оптимизации усилий разработчиков
новой техники.
С 1 июля 1964 года все подразделения ракетного профиля ОКБ-9 были
переведены в ОКБ-8 завода им. М.И. Калинина, впоследствии – знаменитое
КБ «Новатор». Вместе с конструкторами, исследователями, теоретиками, а
также оборудованием лабораторий и специальными станками из цехов
«Уралмаша» в ОКБ-8 ушла и тематика морских ракет. Н.Г.Кострулин стал
заместителем у Л.В.Люльева, а ракетная система
«Вьюга»
для флота, которая начиналась разработкой как
Д-93
(с 650-мм ракето-торпедой) и
Д-95
(с 533-мм) была принята на вооружение в 1969 году как
РПК-2 «Вьюга». Ракето-торпеда
калибра 533-мм получила обозначение
81Р.
Так что в 1964 году ОКБ-9 стало вновь чисто артиллерийским, а его
«ракетная» история теперь принадлежит другому предприятию, впрочем, не
менее достойному.
Вероятно, в это же время была начата новая система нумерации образцов
орудий с литерой «Д» –
Д-3,
Д-6
и других.
Орудие 2А46М на
выставке REA-2011 |
Рубеж 1960-70-х годов связан с новыми успехами ОКБ-9, преодолевшего
потери. Это время создания 125-мм танкового орудия
2А26
–
2А46, а также гаубиц
2А31 и
2А33 для отечественной
самоходной артиллерии нового поколения. Последующий серийный выпуск этих
образцов достиг огромных величин, добавив артиллерийской школе Петрова
славы, вполне сравнимой с той, что была заслужена еще во времена Великой
Отечественной.
В это время сам Федор Федорович был увлечен идеей создания боевой легкой
гусеничной машины со 130-мм артсистемой большой мощности, превосходящей
вооружение любого танка того времени.
К сожалению, в музее ощущается явный недостаток моделей образцов этого
периода. Разработки «девятки» для САУ представлены лишь небольшой
скромной копией
2С1 «Гвоздика». Зато есть
настоящий шедевр, представляющий класс буксируемых орудий с блоком
самодвижения.
Великолепно деталирована модель буксируемой 125-мм противотанковой пушки
2А45М «Спрут-Б». Модель
находится в застекленной витрине, иллюстрирующей современный уровень
разработок ОКБ-9.
Лучшие из этого семейства давно и хорошо известны:
это
2А45
(принята в 1988) и 152-мм полковая гаубица
2А61
с механизированной досылкой снаряда и переменной длиной отката
(рекомендована в 1991). Они были удостоены похвал и наград, приняты на
вооружение, выпущены малой серией и… поставлены на хранение.
Аналогична ситуация с 125-мм пушкой
2А75,
принятой в 2005 году для самоходной противотанковой установки
2С25
«Спрут-СД». Несмотря на
то, что и эту разработку следует отнести в несомненный актив
предприятия, малое количество выпущенных машин не позволяет чувствовать
уверенность в перспективности серии.
Однако, как заявил в беседе с корреспондентами начальник – главный
конструктор ОКБ-9 Наседкин Валерий Иванович, предприятие преодолело
период коллапса 1993-1995 годов и ныне уверенно смотрит в будущее.
Текущую жизнедеятельность обеспечивают открытые перспективные темы ОКР,
заказы на ремонт и модернизацию, а также экспортные поставки. В рамках
федеральной целевой программы ведется серьезное техническое
перевооружение, которое позволит достичь современного уровня к 2015-2016
году. Тогда же стоит рассчитывать и на изживание характерных «болячек»
многих предприятий ОПК – низких зарплат и отсутствия молодежи.
Значит, можно надеяться на то, что открывшийся музей – это не последний
вздох умирающего завода, а средство сохранения исторической памяти для
будущих поколений конструкторов и производственников.
Пока не закончена систематизация сведений обо всех разработках, которые
велись в ОКБ № 9. О великолепных серийных изделиях «девятки» знают
многие, но вот тернистый путь, пройденный конструкторами на пути к
совершенству известен мало. Хотя он не менее важен для понимания успеха,
чем достигнутый конечный результат.
Как утверждают сами конструкторы, архив ОКБ по большей части сохранен,
но для его упорядочения пока не хватает, ни сил, ни времени, Возможно,
когда предприятие окончательно встанет на ноги, настанет время и для
существенного пополнения коллекции музея редкими фотографиями и
материалами. А пока сделан лишь первый шаг.
Целый ряд сюрпризов ждет того, кто решит ознакомиться с коллекцией
натурных образцов. Орудия, использовавшиеся ранее в испытаниях,
привезены с полигона и расставлены в соответствии с назначением –
буксируемые, для САУ, для танков. К сожалению, информация,
представленная на сопроводительных табличках, минимальна, и без
соответствующих пояснений понять истинное значение образца
затруднительно.
Внимание сразу приковывает экспонат весьма
непривычного вида, напоминающего танковую
Д-25, пристроенную на весьма
необычный лафет. Легкая 122-мм гаубица-пушка
Д-3-3
была создана по ОКР
«Роза», но чуть позже
знаменитого «цветочного семейства» САУ. Тогда предпринимались
решительные меры по ликвидации отставания технических характеристик
артиллерии от машин США и НАТО, главным преимуществом которых считалась
самоходность. Отставание преодолели, но в результате, именно с тех пор
(то есть с 60-х годов 20 века!), в умах наших военных буксируемые
образцы несут на себе печать некоей «второсортности». Предложенный ОКБ-9
лафет предполагал создание «триплекса», то есть – кроме гаубицы-пушки,
еще 100-мм нарезную и 100-мм гладкоствольную противотанковые пушки, но
сама концепция интереса у военных не вызвала совершенно. Дальнейшие
работы над образцом были прекращены.
Техническое совершенство данной машины, изготовленной в далеком 1971
году, может быть, и не столь очевидно, но вот сама концепция легкого
орудия крупного калибра явно заслуживает большего внимания.
Венцом длительной работы над орудиями такого типа
можно считать легкое штурмовое орудие
М-392
калибром 122 мм. Масса его при буксировке составляет всего 1300 кг, что
например на 400 кг меньше, чем у 85-мм пушки
Д-44, еще недавно состоявшей
на вооружении. Орудие на самом деле уникальное, ведь обладая могуществом
гаубицы М-30
и способностью использовать все ее боеприпасы, данная артсистема может
буксироваться автомобилем класса УАЗ-469 или ГАЗ-66. Если вспомнить, что
такие автомобили обычно буксируют максимум
ЗУ-23, стоит подумать,
действительно ли такая инициативная разработка не нужна? Может, все-таки
отвергать её преждевременно?
Индекс «М», использованный для обозначения этого
образца, выставленного когда-то на «Уралэкспоармсе», вызвал тогда
множество вопросов. Производители артиллерии весьма ревниво относятся к
обозначениям своей продукции, категорически не принимая искажений
посторонними. Системы индекса «М» – собственность «Мотовилихи», «Д» –
это «Девятка», завод №9; а «Б», например, – сейчас «Буревестник». Но, в
данном случае,
М-392
– обозначение внутреннее, заводское, и означает «макетный» со сквозным
номером разработки. Индекс ГРАУ появится, когда к орудию будет проявлен
официальный интерес, но пока
М-392
лишь эффектно «позирует» на выставках, а теперь – и в заводском музее.
Семейство орудий кругового вращения по типу Д-30 представляют орудия
2А18М
(Д-30А), уже
упоминавшиеся 2А45М,
2А61, и на радость
пользователям натовских боеприпасов – 155-мм вариант гаубицы, получивший
обозначение Д-393.
Буксируемая 85-мм дивизионная пушка
Д-44
скромно притаилась в углу экспозиции. Без щита она имеет несколько
непривычный вид, хотя на полигоне, откуда ее доставили, щит, может быть,
особо нужен не был.
Танковые пушки рядами сгруппированы в противоположной стороне. Их не так
много, как должно было быть. В одном ряду – 100-мм
2А48
и
Д-33С, разработанные для
легкого танка. 100-мм пушка 2А48 была установлена на образце легкого
плавающего авиадесантируемого танка, произведенного по теме
«Судья»
на Волгоградском тракторном заводе (ВгТЗ) и в его составе проходила
испытания. Хотя
«Судья»
не был принят, наработки по нему были реализованы позже. Интересно, что
только на эти образцы пушек в музее установлены теплозащитные кожуха,
остальные экспонаты – без них.
Здесь же расположились на козлах намного более мощные орудия – 125-мм
пушка с повышенными баллистическими характеристиками
Д-89
и 125-мм пушка в варианте безгильзового заряжания –
Д-85БГ.
Разработка пушки
Д-89
имела целью существенное повышение точности и мощности выстрела, для
чего она, в частности, была оснащена четырьмя симметричными
комбинированными противооткатными устройствами.
Второй ряд открывает 125-мм пусковая ракетная установка
Д-126
с дистанционным управлением для челябинского ракетного танка
«объект 775». Орудие стреляло
управляемыми ракетами «Рубин»,
способными пробить 250 мм брони под углом 60 град на дальности до 4000
м, а также – активно-реактивными осколочно-фугасными
«Бур» на дальность до 9 км. К
сожалению, танк, который можно назвать революционным по конструкции, в
серию не пошел и его опытный образец сохранился лишь в Кубинке.
Следующие в этом ряду – 76-мм нарезная пушка
2А16
для плавающего танка
ПТ-76
и гладкоствольные 115-мм
2А21 для ранних
Т-64, а также – 125-мм
2А45
для
Т-72.
Наконец, рядом с плакатами, посвященными боевым
машинам, вооруженным артсистемами разработки ОКБ-9, разместились макеты
боеприпасов для орудия
2А61, а также бомб – для
выпускаемых на заводе для флота реактивных бомбометов
РБУ-6000
московской разработки. Для флота завод может производить и кое-что еще –
«трубы», то есть стволы артустановок, а может и «трубы» по заказам
других артиллерийских КБ, что можно было видеть на выставках в Нижнем
Тагиле. Но в музее этих образцов нет.
Жаль, но в экспозиции не нашла своего отражения история внедрения
теплозащитного кожуха на ствол танкового орудия, без чего немыслим любой
современный образец. А ведь было время, когда необходимость борьбы с
искривлением ствола из-за локальных перепадов температур была
неочевидна. Скептицизм самого Ф.Ф.Петрова, проявился в ставшем
знаменитым его изречении: «Пушка не может гнуться! Она железная!». Но
применение прецезионной оптики при выверке канала ствола доказало
существование проблемы. Для теплоизоляции было испробовано множество
конструкций и материалов, даже самых экзотических, но оказалось, что
наилучшее решение – достаточно дешевый кожух из тонкого металла и
прослойка воздуха между этим кожухом и стволом.
Орудия для САУ представлены артсистемами,
предназначенными для
«Гвоздики» и
«Акации»
– стандартными 122-мм
2А31 (Д-32)
и 152-мм
2А33
(Д-11), и
вариантами с безгильзовым заряжанием 122-мм
Д-16М
и 152-мм
М-385.
Особняком стоит 152-мм
2А63, как указано: «для легкой
десантируемой самоходной гаубицы». Ее дульный тормоз хорошо знаком по
макетному образцу
«Акации»
с орудием, как заявлялось – 155-мм калибра, который был замечен на
полигоне «Старатель» на выставке в 2006 году.
Разработка мощных орудий для легких машин – фирменная черта «девятки». В
особо легкой категории предельной конструкцией являлась 10-тонная САУ
2С2 «Фиалка», разработанная на
ВгТЗ. Гаубица
2А32
с баллистикой
Д-30
имела новый облегченный пневматический досылатель и одноцилиндровый
пневматический накатник. Сила сопротивления откату составляла 36 тонн.
Машину испытывали в 1968 году, но, по причине малой прочности шасси, эта
разработка была прекращена.
Недостаточно отражена крайне важная работа ОКБ для
самоходной артиллерии, проведенная еще в 1943 году. В своих
воспоминаниях Ф.Ф. Петров особо отметил создание качающихся частей
122-мм гаубицы
М-30
для установки в
СУ-122
и 152-мм пушки-гаубицы
МЛ-20
для
ИСУ-152. Встраивание
артиллерийских частей в танковое шасси – задача не самая тривиальная, и
именно проектировщикам ОКБ-9 удалось придумать изящные решения, которые
позволили существенно облегчить конструкцию и улучшить как условия для
работы артсистемы, так и условия обитаемости для экипажа САУ. В
принципе, достаточно было бы плаката с описанием решения ОКБ и его
преимуществ. Описание этой истории могло бы стать одним из ударных
моментов в презентации успехов конструкторской школы «девятки». Пока же
это лишь один из пунктов перечня законченных разработок.
Хорошо заметно, что орудия с безгильзовым заряжанием занимают добрую
треть экспозиции натурных образцов. В конечном итоге доработать их до
приемлемых характеристик так и не удалось. Заряд изменяемой формы, ЗИФ,
использованный в этих орудиях, должен был в процессе заряжания
обжиматься вокруг снаряда, но обжатие получалось неравномерным, а
горение при выстреле – нестабильным. Обтюрация теряла надежность после
нескольких, а то и одного выстрела. Так что теперь эти пушки – лишь
музейные редкости.
Зато орудие
Д-85БГ
прославилось «обратным генеральским эффектом». Обычно в присутствии
высокого начальства любая система начинает непрогнозируемо барахлить, а
в данном случае, пушка, ломавшаяся во время испытаний после каждого
выстрела, в генеральском присутствии отработала без замечаний сразу
несколько, и сломалась лишь тогда, когда довольный гость уже уехал.
В целом собрание «железа» заводского музея выглядит пока весьма
фрагментарным. Остро не хватает таких этапных для ОКБ и завода
артсистем, как танковые 85-мм
Д-5, 122-мм
Д-25, 100-мм
Д-10.
Танковая 85-мм пушка
Д-5
в свое время позволила решающим образом повысить огневую мощь
Т-34, когда разработка штатной
С-53
задерживалась, а каждый день промедления грозил большой кровью в боях с
новыми немецкими танками усиленного бронирования. 122-мм пушками
Д-25Т
вооружались самые мощные отечественные танки второй мировой –
ИС-2
и
ИС-3, послевоенный
ИС-4.
Все послевоенные массовые отечественные танки
оснащались пушками, разработки ОКБ-9: 100-мм пушки
Д-10Т,
Д-10ТГ,
Д-10Т2С
имели все модификации танков
Т-54
и
Т-55. Пушкой 115-мм
У5ТС
для нижнетагильского
Т-62
было восстановлено огневое превосходство наших танков над танками НАТО,
сменившими свой калибр орудий в 90 мм на новый – 105 мм.
Интересно могла бы выглядеть «в железе», в рамках единой экспозиции,
линия развития орудий для легких танков, от 76-мм
Д-56,
Д-56ТМ,
Д56ТС
для плавающих танков
ПТ-76, через 85-мм
Д-70, нашедшую свое применение
на
АСУ-85, через уже
упоминавшиеся 100-мм пушки
«Судьи», до 125-мм для
«Спрут-СД».
Семейство гладкоствольных 125-мм танковых пушек
Д-81
–
2А46
представлено всего лишь единственным промежуточным образцом, хотя их
разные версии устанавливались на все модификации отечественных танков
Т-64,
Т-72,
Т-80
и
Т-90.
Целая эпоха в артиллерии кроется в создании уникальной
Д-30. История сотворения
компактной, мобильной, с круговым вращение гаубицы, состоящей на
вооружении минимум 35 стран, нуждается в детальном исследовании и могла
бы стать гвоздем всей экспозиции. Концепция такого орудия до сих пор
актуальна, если судить о постоянном присутствии потомков
Д-30
на разнообразных выставках. Работа по детальному изучению феномена
Д-30, скорее всего, еще
впереди.
Такую же эпоху, но для танковых пушек, как в отечественном, так и в
мировом танкостроении открыло 125-мм орудие
Д-81. Родившись в 1968 году
под наименованием
2А26
для новейшего тогда танка
Т-64, эта пушка, конструктивно
развиваясь и улучшаясь, выпускалась на 4-х отечественных заводах, а еще
– в Польше, Венгрии, Словакии. Именно ее приняли за образец, скопировали
и используют в массовом производстве в танкостроении КНР. Ее, а не
западную 120-мм пушку, копии которой пристроили на китайских
противотанковых САУ, серия которых ничтожна в сравнении с танковой.
Китайский интернет переполнен хвастливыми заявлениями, что российский
уровень танкостроения и артиллерии оставлен в Китае далеко позади. Вот
только реального, а не на разрисованных картинках, превосходства
китайских танков и орудий пока никто не ощущал. На совместных учениях с
российскими войсками элитные подразделения НОАК выглядят достойно. Но не
более.
Именно российская
2А46, постоянно
совершенствующаяся, остается если не эталоном, то равной среди лучших. А
для поклонников «Леопардов» – предусмотрен вариант
М-395 в натовском калибре 120
мм с баллистическим решением германской Rhl L44.
В наиболее совершенном на настоящее время варианте –
2А46М-5
учтены все современные требования, но и на этой конструкции «девятка»
останавливаться не собирается. Работа над пушками для нового поколения
отечественной бронетехники сегодня идет. В рамках новой программы
вооружения должен появиться новый ориентир для «заклятых друзей». Ждать
осталось не так долго.
Орудие Д-20 в открытой экспозиции НТИИМ |
М-30 традиционно открывает выставки REA в Нижнем Тагиле |
М-30 на
испытаниях и в войсках |
За свою, в общем, недолгую историю, «Девятке» пришлось пережить целый
ряд критических событий, которые при ином, менее удачном стечении
обстоятельств, могли бы иметь катастрофический итог.
Реорганизацию 1958 года, когда Завод №9 снова формально вошел в состав
Уралмашзавода (из которого физически и так никуда не уходил) в качестве
мелкосерийного производства, можно считать лишь неприятным понижением
статуса. А вот передача в 1964 году «ракетной» части ОКБ на ЗиК, вместе
со специалистами и оборудованием, стала по-настоящему тяжелым ударом,
резко сократившим потенциал «девятки», как разработчика современных
систем. Выстояв и добившись больших успехов в области традиционной
артиллерии, «девятка» чуть не погибла в 1993 году, когда производство
было включено в «Завод серийных машин» – филиал ОАО «Уралмаш», а затем –
в состав АОЗТ Завод «Спецтехника». Это было время, когда новыми
хозяевами распускалось, разваливалось и растаскивалось почти все. Россия
чуть не потеряла единственного производителя танковых пушек. Когда
пресловутое АОЗТ было, наконец ликвидировано, предприятие,
постановлением Правительства Российской Федерации № 886 от 06.09.95,
было воссоздано практически из руин. В состав Государственного
Унитарного Предприятия «Завод № 9» вошли ОКБ-9 им. Ф.Ф.Петрова,
испытательный полигон, экспериментальный цех и серийное производство –
производственные цеха с оборудованием и необходимыми мощностями,
принятые от ОАО «Уралмаш».
С 2002 года предприятие получило приставку – Федеральное, ФГУП, а 29
августа 2008 года в качестве правопреемника было зарегистрировано ОАО
«Завод № 9».
Сегодня ОАО «Завод № 9» не только сохранило бесценный опыт производства
артиллерийской техники вместе с научно-техническим, конструкторским и
производственным потенциалом, но и продолжает развитие. В свете
современных требований, когда изготовитель, желающий иметь прочные
позиции на рынке, обязан заботиться обо всем жизненном цикле своей
продукции, ОКБ-9 может решать любые задачи при обеспечении всего
жизненного цикла орудий для танков и САУ, буксируемых орудий, реактивных
бомбометных установок для ВМФ. В рамках этого цикла ведется разработка,
изготовление, техническое обслуживание, ремонт и модернизация изделий.
* * * *
В заключение – несколько слов о том, как посетить музей Завода №9.
Несмотря на радушие хозяев, он расположен на режимной территории, куда
нет свободного доступа. Кроме всего прочего, там запрещено
фотографирование, о чем на проходной извещает аршинными буквами
специальное объявление. (Тот, кто когда-либо пытался сфотографировать
историческую Су-100, установленную на постаменте, хоть и недалеко от
проходной, но все же – в глубине завода, об этом хорошо знает…). Допуск
осуществляет охрана «Уралмаша», поэтому посещение может быть только по
предварительной договоренности с музеем, и, желательно, группой.
